Нечисть Багряного Заката — это люди, искажённые эфиром в ходе ритуалов, катастроф и сознательных жертвоприношений, связанных с Культом Багряного Заката. Разные их виды не являются отдельными расами: каждый из них когда-то был человеком, но утратил цельную человеческую природу, застряв между плотью, эфиром и искажённым сознанием. Эти существа существуют на границе жизни и смерти, разума и инстинкта, сохраняя обрывки памяти о прошлом, но утратив место в порядке мира Фэй'Риета.
Истоки фракции лежат в деятельности Культа Багряного Заката — запретного течения, отвергнутого как Эльфаром, так и Линордом. Культ стремился к поклонению богам-эфириалы и приближению к ним через преодоление смертной формы при смешении человека с эфиром.
Результатом стали эфирные мутации, которые не дали обещанного «вознесения», но породили новую форму существования — проклятую, нестабильную и опасную.
Нечисть не размножается как раса. Новые особи появляются только через:
Архилич — это высшая и наиболее устойчивая форма эфирного искажения, достигнутая человеком в рамках практик Культа Багряного Заката. В отличие от обычных личей и прочей нечисти, архилич сумел закрепить своё сознание вне смертной оболочки, создав постоянный эфирный якорь, связывающий его волю, душу и проклятую форму.
Он больше не является живым существом в привычном смысле: его тело — лишь сосуд, а истинная сущность существует на стыке эфира и материи. Именно эта связь делает архилича естественным центром притяжения для всей нечисти — искажённый эфир других мутантов резонирует с его волей, подчиняясь ей.
Архилич сохраняет полный разум, память и способность к стратегическому мышлению, но полностью утратил человеческую мораль. Для него живые — это ресурс: источник эфира, сырьё для новых искажений и материал для расширения армии нечисти.
Нечисть Багряного Заката инстинктивно признаёт архилича своим повелителем, а его замок в Лоно Заката служит узлом контроля, ритуальной опорой и центром эфирной стабильности всей фракции.
Собиратель костей — это уникальная форма нечисти, порождённая извращённым подражанием древнейшим титанам. Он не является живым существом и не был им в прошлом: его ядро — это сгусток злонамеренной эфирной воли, заключённый в костяную конструкцию, собранную из останков погибших. Он притягивает к себе мёртвую плоть и кости, встраивая их в собственное тело, увеличивая размеры, прочность и разрушительный потенциал. Каждое новое тело усиливает связь существа с эфиром, делая его всё более опасным и устойчивым.
По мере накопления костей эфир внутри Собирателя искажается всё сильнее, порождая вторичные эффекты: его дыхание наполняется ядом, само присутствие начинает отравлять пространство вокруг, а на высших стадиях развития он несёт проклятие, разрушающее жизненную силу жертв.
Собиратель костей движим первобытной ненавистью ко всему живому. Он не подчиняется никому по своей природе, но может временно признать власть сильной эфирной воли — в первую очередь главы Культа Багряного Заката, если сочтёт это выгодным или допустимым.
Мантикора — это хищная форма нечисти, возникшая в результате грубого и нестабильного эфирного искажения человека. В отличие от личей или высших созданий Культа, мантикора стала жертвой трансформации, в которой человеческое тело и сознание были перекроены под инстинкт выживания и охоты.
Её облик сочетает в себе черты нескольких форм жизни, сведённых воедино искажённым эфиром. Мантикора сохраняет способность к речи и зачатки разума, однако её мышление подчинено голоду и агрессии. Она осознаёт окружающий мир, но не признаёт иерархий, власти или долга — лишь временную выгоду и насыщение.
Мантикора по своей природе враждебна всему живому. Даже вступая во временные союзы с культистами Багряного Заката, она не подчиняется им и не испытывает лояльности. Такие союзы основаны исключительно на совпадении интересов: возможности охоты, разрушения и добычи пищи. Любая «дружба» для мантикоры — это краткая передышка, а не привязанность или защита.
В бою мантикора выступает как таран и разрушитель: она способна проламывать ворота и двери, врываясь в поселения вместе с культистами, но не действует в одиночку против организованной обороны. Несмотря на ярость, мантикора инстинктивно опасается осадных орудий, особенно баллист, чувствуя в них угрозу своему существованию.
Культист Багряного Заката — это всё ещё человек, чьё тело сохранило смертную форму, но чьё сознание и эфирная структура уже искажены запретными верованиями и практиками. Он не является нечистью в полном смысле слова, однако стоит на пороге превращения, постепенно утрачивая связь с порядком мира Фэй’Риета.
Культисты служат тёмным силам и искажённым идеям Культа Багряного Заката, веря, что через жертву, кровь и эфир возможно приблизиться к высшим сущностям и преодолеть пределы смертной природы. Их деятельность находится под строжайшим запретом во всех цивилизованных землях, поэтому они действуют скрытно, под покровом лжи и маскировки.
Для выживания среди обычных людей культисты изучают магию и алхимию сокрытия, позволяющую им временно принимать облик простого люда. Под этой личиной они выслеживают заблудшие души, похищают одиночек и готовят ритуалы жертвоприношений, служащие источником новых искажений и пополнения армии нечисти.
Культист не является самостоятельной фигурой. Он беспрекословно подчиняется Главе Культа, а в его отсутствие — признаёт власть Архилича и служит интересам нечисти. Любые формы войны против нежити для культиста немыслимы: он существует ради её усиления и распространения.
Глава Культа — это человек, зашедший дальше прочих на пути искажённой веры в эфириальных божеств. Его тело всё ещё смертно, но эфирное сознание глубоко изменено: через ритуалы, жертвы и запретные знания он стал проводником воли сил, стоящих за пределами порядка Фэй’Риета.
В отличие от рядовых культистов, Глава Культа не просто служит — он ведёт. Именно он направляет деятельность ячеек, определяет цели жертвоприношений и координирует создание армии нечисти. Его вера даровала ему способность поднимать мёртвых, связывая их эфирными узами служения при помощи ритуального кинжала — символа власти и ключевого инструмента культа.
Глава Культа способен возглавлять атаки на поселения людей, однако никогда не действует в одиночку. Его сила — в подготовке, численности и ритуале, а не в личной неуязвимости. Он может договариваться с различными формами нечисти, вступая с ними во временные союзы ради общей цели, но при этом осознаёт истинную иерархию сил.
Перед Архиличом Глава Культа испытывает страх и благоговейный трепет. Он понимает, что его власть — лишь тень настоящего могущества нечисти высших форм, и потому никогда не пойдёт против неё. В отсутствие Главы Культа его подчинённые могут перейти под покровительство Архилича, но сам Глава всегда остаётся связующим звеном между человеческим культом и проклятым воинством.
Суккуб — это форма нечисти, рождённая из глубочайшего искажения человеческих желаний и эмоций под воздействием эфира. Когда человек становится проводником похоти, зависимости и разлада, его сознание разрушается, а эфир переписывает саму природу личности, превращая её в хищника, питающегося жизненной силой других.
В отличие от грубых форм нечисти, суккуб действует тонко. Он сохраняет высокий интеллект, способность к речи и пониманию человеческой психологии. Его сила — не в открытом насилии, а в соблазне, внушении и постепенном разрушении воли жертвы. Суккуб не просто забирает жизненную энергию — он вытягивает её через эмоциональную связь, усиливая себя и подпитывая союзников-нечисть.
Для выживания среди смертных суккубы вынуждены скрывать свою истинную природу, прибегая к маскировке и ложным образам. В городах и поселениях они выглядят как обычные люди, выбирая жертв среди путников и одиночек, постепенно подготавливая их к донорству жизненных сил. Прямое раскрытие своей сущности — редкость и всегда риск.
Суккуб не испытывает подлинной симпатии к людям. Любая близость для него — инструмент охоты. Даже если связь кажется добровольной, в её основе всегда лежит хищный расчёт. Полученную энергию суккуб использует исключительно для усиления нечисти и укрепления проклятой иерархии.
По своей природе суккубы не склонны к конфликтам с другими формами нечисти и не нападают на них, признавая общий источник искажения. Перед Архиличом суккуб испытывает страх и почтение, осознавая, что его существование держится на воле более могущественных эфирных сущностей.
Некромант — это человек, чьи познания в тёмном мастерстве привели его к прямому взаимодействию с душами умерших и эфиром смерти. В отличие от культистов, он не ограничивается верой и ритуалами поклонения: некромант осознанно изучает распад, умирание и посмертное существование, превращая смерть в инструмент.
Его тело всё ещё смертно, но эфирное сознание глубоко повреждено постоянным контактом с душами. Некромант чувствует их отголоски, слышит эхо погибших и способен пожинать души павших, заключая их в собственные ритуальные фокусы. Символом этого пути часто становится коса — не просто оружие, а проводник между жизнью, смертью и эфиром.
Собранные души некромант не использует для себя напрямую. Он расходует их для усиления нечисти, делая её выносливее, опаснее и устойчивее к разрушению. Таким образом, некромант выступает не как правитель, а как усилитель армии нечисти, поддерживающий её на поле боя и в осадах.
Из-за искажённой ауры некромант не способен скрываться среди людей. Его присутствие ощущается живыми как холод, тревога и запах смерти, поэтому он не может находиться в городах и поселениях, где обитает обычный люд. Его место — окраины, леса, заброшенные земли и собственная база, где проводятся жертвоприношения и ритуалы.
Некромант не враждует с нечистью и не участвует в её истреблении. Напротив, он способен договариваться с различными формами проклятых существ, вступая во временные союзы ради общей цели. Однако, как и Глава Культа, он осознаёт границы своей силы и не стоит выше высшей нечисти.
Призрак — это сверхъестественная сущность, созданная волей Архилича путём насильственного отделения сознания от телесной оболочки. Он не является живым существом и не был им в привычном смысле: призрак — это зафиксированный в эфире отголосок личности, лишённый плоти либо удерживающий лишь её искажённый остаток.
В момент создания Архилич вырывает сознание из тела и привязывает его к эфирному якорю, лишая возможности окончательной смерти. В результате возникает нестабильная форма бытия, существующая на границе материи и эфира. Призрак осознаёт себя, окружающий мир и собственное проклятие, но его воля подавлена и подчинена создателю.
Призраки не обладают собственной целью. Их предназначение — служение Архиличу: наблюдение, запугивание живых, охота и распространение ужаса. Их присутствие искажает пространство, вызывает холод, тревогу и чувство надвигающейся гибели у смертных. Именно страх и дезориентация — главное оружие призрака, а не физическая сила.
Лишённый полноценного тела, призрак ограничен в прямом воздействии на материальный мир и не способен использовать обычное оружие или сложные формы магии. Он не вступает в союзы, не взаимодействует с людьми и не проявляет инициативы вне воли Архилича. Любое самостоятельное действие для призрака — лишь выполнение приказа.
Призраки не враждуют с другой нечистью и не нападают на неё, признавая общее происхождение и иерархию. Они не входят в города по собственной воле и появляются среди людей лишь во время охоты или нападения, ведомые Архиличем.
Оборотень — это человек, проклятый Личем и навсегда связанный с искажённой звериной формой, рождённой из эфира. Его тело остаётся человеческим большую часть времени, однако проклятие разрушает границу между разумом и инстинктом, превращая носителя в дикого хищника в моменты слабости и голода.
Преображение оборотня не является осознанным выбором или даром. Оно происходит в периоды сильного истощения, чаще всего ночью, когда влияние эфира и первобытных инстинктов усиливается. В звериной форме оборотень теряет большую часть человеческого мышления, руководствуясь голодом, страхом и желанием убивать. Пожирание трупов для него — не жестокость, а единственный способ восстановить силы и удержать проклятие под контролем.
Несмотря на происхождение проклятия, оборотень не подчиняется Архиличу. Его воля сломана, но не захвачена полностью: он никому не служит и не может быть приручён, если сам не примет такое решение. Именно эта непредсказуемость делает оборотней опасными даже для другой нечисти.
В облике зверя оборотень избегает больших скоплений людей и яркого света. Инстинкты подсказывают ему, что факелы, баллисты и организованная толпа смертельно опасны. Поэтому он предпочитает нападать на одиночек, путников и заблудших, действуя из засады и покидая место охоты сразу после насыщения.
Вампиры — это редкие и могущественные сущности, появившиеся не из культовых ритуалов, а в результате тайных экспериментов Ордена Мистерий Эльфара. Изначально они были эльфами, над которыми проводились попытки искусственно продлить жизнь и закрепить сознание за счёт манипуляций с эфиром крови. Эксперимент увенчался успехом — но цена оказалась чудовищной.
Вампир сохранил разум, память и высокую культуру, но утратил естественную связь с жизнью. Его существование теперь напрямую зависит от подпитки чужой жизненной силой, извлекаемой через кровь. В отличие от грубой нечисти, вампиры не деградировали — напротив, они стали холодными, расчётливыми и по-своему утончёнными хищниками.
Большую часть времени вампир скрывает свою истинную природу, притворяясь обычным смертным или аристократом. Его маска — не магия, а искусство поведения, влияния и социального превосходства. Лишь немногие знают правду о его сущности, а чаще — не знает никто. Открытое использование магии крови вне крайней необходимости считается опасным и неразумным, так как привлекает внимание охотников, церквей и Орденов.
При накоплении достаточной силы вампир способен принять истинную форму — проявление своего проклятого происхождения. В этом состоянии он становится значительно опаснее, но и уязвимее: огонь, толпы смертных и организованное сопротивление представляют для него смертельную угрозу. Истинная форма — это оружие устрашения и последнего удара, а не повседневный облик.
Вампиры не связаны узами подчинения с нечистью Багряного Заката. Они не испытывают природной лояльности к Архиличам, и при необходимости могут вступать с ними в конфликт. Однако общность проклятой природы и совпадение интересов нередко заставляют вампиров временно вставать на сторону нечисти из расчёта.